О 245-й, компетентности и выдержке тех, кто уже никого не защитит

26 марта 2018 года вечером в районе дома Юбилейный, 47, #Иркутск, была найдена молодая собака без признаков жизни — темные зияющие глазницы, переломанные лапы, раскуроченный череп, вскрытая кишечная полость, из которой были видны внутренние органы, сочащиеся чем-то красным. Все это – на снегу мартовского восстания иркутской грязи и мусора.
В результате многочисленных звонков в полицию, выяснилось, что дело было передано участковому А.и его команде, которые «должны выехать на место происшествия». Ввиду того, что разговоры с Дежурным вызывали мало оптимизма и уверенности, мы выехали в микрорайон Юбилейный сами.

1.00
Мы оказались на месте в то же самое время, что и наряд полиции. Эксперт щелкал мыльницей и что-то бурчал под нос.
«Здравствуйте! Мы тут как раз по этому поводу!», громко заявила я.
«Хорошо, понятыми пойдете».

Прежде чем погрузиться в белый уазик, Юлия и я обследовали собаку тщательнее, ибо закралось, как потом оказалось, совершенно оправданное подозрение, что полицейские побрезговали/постеснялись/не заморочились/ внимательно осмотреть вещественное доказательство потенциального преступления. Ввиду нашей настойчивости, наши находки (проникающее ранение в шею, и пр) были вписаны в протокол.

2.00
Далее, в белом уазике, был организован импровизированный круглый стол на тему «Что же делать с трупом собаки (а именно, вещественным доказательством)?» Участники круглого стола – Участковый Дежурный отдела Полиции номер 2, Волонтеры. Эксперт к тому моменту устал и ретировался к водителю. Дежурный настаивал на том, что именно Участковый имеет право и должен направить собаку на судебную экспертизу. Участковый в недоумении цитировал бланки направления на СЭМ: «Ну тут ж написано ГРАЖДАНИНА, такого-то года рождения, гражданин собаки, что ли написать?» По телефону и мне, и Юлии Дежурный признал, что «понятия не имеет, что нам [волонтерам] делать и посоветовал направить собаку в лабораторию в г. Новосибирске [и это при наличии аккредитованной ветеринарной лаборатории в г. Иркутске. К — компетентность]

2.45.
«Ладно, везем в отделение!», поставил точку Участковый. Собаку аки кусок мяса погрузили в служебную машину и повезли в отдел полиции номер 2. Волонтеры направились следом. На территории отдела, собаку выгрузили прямо на снег возле мусорных контейнеров. «Но это же вещественное доказательство! Вы наркотики тоже на мусорку выкидываете?», резонно спросила Юлия. Мужчины пожали плечами, мол, не сталкивались с таким ни разу. Да вообще,нет у них места для хранения таких улик, да и ночь уже…

3.05
Заявления приняты.
Я подошла к измученной собаке — тому, что от нее осталось…вокруг грязный снег, бетонный забор с надписью «Мусорка» и полицейская машина.
«Россия», пронеслось в голове.

27.03.

09.00
На наше дело назначен новый Участковый Х. — очень доброжелательный, вдумчивый молодой сотрудник. Мы вновь выезжаем в отдел полиции номер 2, дабы, наконец, решить, ситуацию с трупом собаки и направить ее на СВЭ.

12.00
Припекает. Собаку двигали, теперь она лежит на спине. Приезжает журналист, мы связываемся с волонтерами. Участковый ведет переговоры с Иркутской Ветеринарной Межобластной Лабораторией. Стоимость СВЭ – около 7000 тысяч рублей — МВД оплачивать отказывается, следовательно, дальнейшие расходы на выяснение причины смерти собаки волонтеры берут на себя.

13.00
За шлагбаумом я даю интервью – вопросы краткие, ответы емкие. Как только мы с Юлией возвращаемся на территорию Отдела Полиции, я достаю телефон проверить, есть ли пропущенные звонки. У Юлии на шее камера, на которую до этого никто толком не обращал внимания. Я хочу пройти к собаке, но пусть нам преграждает огромный мужчина,представившийся начальником Дежурной Части Майором полиции Х. Он пытается оттолкнуть меня и Юлию с криками «Здесь съемка запрещена! Уходите, вы кто такие!» Мужчина пытается сорвать камеру с Юлии и оттолкнуть меня.
«Я Гражданин Российской Федерации, я имею права находиться здесь! Плюс, мы официальные заявители», говорю я.
«Здесь машины служебные, вдруг вы что-то украдете!», заводится майор.
«Помимо служебных машин, вы в курсе, что у вас у забора, возле мусорки лежит собака, вещественное доказательство, просто брошенное на снег!»
«Ничего не знаю. Я что, по мусоркам должен лазить?».
Такой вот начальник территории. О — осведомленность. В — выдержка. К — компетентность.

13.15.
В помещении ОП 2 сбор продолжается.
«Погодите, – не унимаюсь я, – то есть по закону любой гражданин РФ, находящийся на данной территории, является потенциальным грабителем ваших служебных машин? Да или нет?»
«А вдруг у вас бомба?», серьезно заявляет Майор.
«Ну конечно, бомба, а еще права гражданина РФ!»
«НИКАКИХ ПРАВ У ВАС ЗДЕСЬ НЕТ!», взрывается майор. Далее следует словесная перепалка в течение которой, волонтер получает угрозу наказания в виде 2 суток тюрьмы.

13.30
Возвращаемся на территорию вместе с Участковым (туда, куда нам, якобы, нельзя). Собаку пакуем в пакет. Помогает Участковый и еще один мужчина. До лаборатории добираемся на такси.

Продолжение следует.

Видео 18+

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

X